Дочь пациента, умершего в Odrex, назвала давлением на СМИ и попыткой стереть память иск скандальной клиники к УНН

Судебный иск скандальной одесской частной клиники Odrex к журналистам УНН – это давление на СМИ и попытка заставить замолчать правду о трагедиях, произошедших в стенах клиники. Об этом заявила соучредитель платформы StopOdrex Кристина Тоткайло, чей отец умер после лечения в медучреждении, пишет УНН.

Контекст

"Одрекс" подала в суд на УНН из-за публикаций рассказов родственников жертв, а также тех, кто считает себя пострадавшими от лечения в этом медучреждении. Адвокаты клиники требуют опровергнуть материалы, а также компенсировать "Одрексу" 1 миллион гривен морального ущерба. Очевидно, таким образом в "Одрексе" решили напугать и закрыть рот журналистам, освещающим истории о жертвах лечения в этой клинике, а также отслеживающим ход расследований уголовных производств, в которых фигурирует клиника. На сегодня известно уже о 10 уголовных делах, которые расследуются по статьям "мошенничество", "ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей медицинским работником" и "умышленное убийство".

"Они требуют опровергнуть материалы, в которых журналисты рассказывают наши истории – истории людей, столкнувшихся с болью утраты, трагедиями, смертями своих родных и близких из-за "лечения" в клинике. Среди этих историй есть и моя. История о смерти моего папы, которую в Odrex, очевидно, считают "вредом для деловой репутации". Этот иск – не о репутации. Это о правде, которую Odrex пытается стереть. Вместо того, чтобы взять на себя ответственность, предоставить объяснения и коммуницировать с пострадавшими, отдать ситуацию в руки правосудия – клиника идет в суд и заявляет миллионные требования к журналистам, давит на них, чтобы те замолчали и перестали писать правду", – написала Кристина Тоткайло на своей странице в Facebook.

Она напомнила, что "Одрекс" пытался также заблокировать платформу StopOdrex, созданную для того, чтобы те, кто пострадал от лечения в медучреждении, могли рассказать свои истории.

"Сначала они пытались заблокировать наш сайт StopOdrex, теперь пытаются запугать журналистов, которые осмелились нас выслушать, услышать и рассказать наши истории, чтобы о них узнала вся страна. Но правда не исчезнет от исков. Мы не замолчим, и мы благодарны тем, кто не боится говорить вместе с нами", - подчеркнула Кристина Тоткайло.

Документальный фильм "Осиное гнездо"

Документальный фильм "Осиное гнездо" стал настоящим разоблачением "лечения" в частной одесской клинике Odrex. Едва ли не впервые жертвы Odrex и родные тех, кого не удалось спасти после лечения в одесской клинике, рассказали свою правду. В надежде найти справедливость и уберечь других.

Одна из тех, кто не испугался рассказать свою историю, - Светлана Гук. Женщина стала вдовой после того, как ее муж попал в "Одрекс" с опухолью тимуса. После обещанной "легкой операции" ему сделали полную торакотомию, а дальше начались осложнения, аппарат "искусственной почки" и ежедневные счета на 80-90 тыс. грн. Наиболее шокирующей частью истории семьи Гуков стал рассказ Светланы о том, как она пришла в палату к мужу – там было холодно как в морозилке, а под одеялом пациента стоял нагреватель воздуха. Как рассказывает сама вдова – Odrex продолжал удерживать тело ее мужа на аппаратах после клинической смерти только для того, чтобы выставить больший счет, ведь пребывание в частной клинике тарифицируется посуточно. Муж умер, а когда Светлана не смогла заплатить за смерть своего мужа – клиника подала на нее в суд, параллельно угрожая. Как рассказывает вдова, давление было настолько сильным, что она даже думала о самоубийстве.

Владимир, другой пациент, пришел в "Одрекс" на хирургическую операцию. Однако, на следующие сутки после ее проведения, его состояние значительно ухудшилось. Оказалось, что его легкие поражены на 85%. Хотя первопричина обращения в клинику никак не касалась проблем с легкими. Врачи сообщили жене, что мужа заразили бактерией Serratia marcescens, которая распространяется через грязные руки или нестерильное оборудование. Добавив, что в реанимации можно подхватить что угодно. Мужу становилось все хуже, он почти не мог дышать, поэтому его ввели в медицинскую кому. Содержание пациента на аппаратах стоит дорого, поэтому в конце концов у семьи закончились средства. В ответ жена Владимира услышала предложение от врачей клиники "выключать свет" – отключать мужа от аппаратов и смириться с тем, что его не спасти. Владимир выжил чудом, выйдя из клиники с подорванным здоровьем и значительной потерей веса. В выписке о заражении инфекцией в клинике – ни слова.

Киевлянка Кристина Тоткайло узнала об онкологическом диагнозе своего отца и обратилась в "Феофанию". Консилиум врачей пришел к выводу, что агрессивная химиотерапия ему противопоказана до проведения хирургии. Однако хирург Игорь Белоцерковский, который также был на консилиуме, предложил лечиться в одесском "Одрексе", где работает его жена – онколог Марина Белоцерковская. Он заверил дочь, которая была в отчаянии, что в одесской клинике ее отцу "спасут гортань и голос". Перед поездкой семью заставили оплатить консультацию заранее, без осмотра, что уже вызвало сомнения.

В "Одрексе" отцу назначили пятидневный курс агрессивной химиотерапии и сразу планировали второй. Мужчине установили гастростому, которая требовала ежедневного ухода, но, по словам Кристины, врачи практически не осматривали ее. К моменту выписки в месте установки уже было сквозное отверстие, через которое вытекала пища.

После возвращения в Киев состояние отца резко ухудшилось: отказали почки, появилась язва во рту. На сообщения о критических симптомах врач из "Одрекса" отвечала, что сегодня выходной, все вопросы – в понедельник. Семья заплатила более 250 тысяч гривен, но отец умер. Кристина убеждена, что назначение агрессивной химиотерапии вопреки рекомендациям других врачей стало фатальной ошибкой "Одрекса".

Эти истории лишь малая часть того, что показано в документальном фильме "Осиное гнездо". На самом деле свидетельств значительно больше, и все они описывают одинаковые паттерны: агрессивное финансовое давление, пренебрежение протоколами лечения, отсутствие надлежащего контроля и случаи, завершавшиеся тяжелыми осложнениями или смертью. Фильм является свидетельствами пострадавших от "лечения в Odrex. Правоохранительные органы, а также Министерство здравоохранения не могут их игнорировать. Масштаб этих историй свидетельствует: проблема не в отдельных врачах, а в системе работы клиники "Одрекс". Где главной целью, кажется, является не помощь пациенту, а заработок.

Смерть Аднана Кивана

Толчком к началу активного публичного освещения так называемого "Дела Odrex" стала смерть в стенах клиники местного бизнесмена-девелопера Аднана Кивана. Известно, что в мае-октябре 2024 года он проходил там лечение. По факту его смерти было сообщено о подозрении в ненадлежащем исполнении профессиональных обязанностей, повлекшем смерть пациента (ч. 1 ст. 140 УК Украины) двум врачам.

Позже выяснилось, что речь идет о заведующем хирургическим отделением Виталии Русакове и враче-онкологе Марине Белоцерковской, которую уволили из Odrex почти сразу после смерти Аднана Кивана. Следователи, опираясь на выводы экспертизы, считают, что действия этих двух врачей привели к смерти пациента Аднана Кивана.

Проверка Odrex регулятором

Министерство здравоохранения уже провело проверку соблюдения клиникой Odrex лицензионных условий, выявило нарушения и отозвало медицинскую лицензию, выданную на ООО "Дом медицины", которая фигурирует в уголовных делах по смерти Аднана Кивана.

Следующим шагом регулятора должна стать проверка еще одного юридического лица клиники ООО "Медицинский дом "Одрекс", которая фигурирует в других уголовных производствах. В случае выявления нарушений – Минздрав должен отозвать и эту медицинскую лицензию клиники.

Если это произойдет – у так называемого трехглавого дракона останется последняя медицинская лицензия, выданная в 2012 году на ООО "Центр медицины". О том, зачем Odrex как минимум три юридических лица с медицинскими лицензиями, подробнее читайте в материале УНН.