Почему блокаду Чёрного моря сравнивают с блокированием Ормузского пролива и чем это угрожает миру
Киев • УНН
Атаки сократили поставки зерна из Украины и России, подняв цены на пшеницу до трёхлетнего максимума. ЕС предупреждает о глобальном кризисе.
Блокада судоходства в Черном море всё сильнее нарушает мировые поставки зерна и вынуждает крупнейших импортёров искать альтернативных поставщиков. Россия и Украина обеспечивают более четверти мировой торговли пшеницей, поэтому дальнейшая эскалация может вызвать новый скачок цен на продовольствие, сообщает Bloomberg, пишет УНН.
Детали
Поставки через Чёрное море резко сократились после усиления атак на порты, зерновые терминалы, элеваторы и суда. По оценке SovEcon, совокупный экспорт пшеницы из Украины и России в июле—сентябре может составить примерно половину прошлогоднего объёма.
Египет — крупнейший в мире покупатель пшеницы — уже около месяца не получает зерно из Чёрного моря. В то же время цены на пшеницу поднялись до самого высокого уровня за 3 года.
Чёрное море сравнивают с Ормузским проливом
Роль региона для мирового продовольственного рынка сравнивают с ролью Ормузского пролива для нефтяного рынка. Помимо более четверти мировой торговли пшеницей, на Украину и Россию приходится около двух третей торговли подсолнечным маслом и примерно 10% поставок кукурузы.
Покупатели уже переориентируются на Францию, страны Балтии, Румынию, Аргентину, Индию, Австралию и США. Однако быстро компенсировать утраченные черноморские объёмы сложно из-за ограниченных урожаев, более дорогой логистики и нехватки транспортных мощностей.
Особенно сложной остаётся ситуация для Украины. Порты Одесского региона обычно обеспечивают около 90% украинского экспорта зерна, тогда как альтернативные маршруты не способны полностью заменить морские перевозки.
В августе украинский аграрный экспорт опустился до самого низкого уровня с апреля 2022 года. Из-за накопления нового урожая зернохранилища в Украине могут заполниться уже к началу ноября.
ЕС предупреждает, что дальнейшие перебои в Чёрном море могут спровоцировать новый глобальный шок в сфере продовольственной безопасности, особенно для стран Африки и Ближнего Востока, которые в значительной степени зависят от украинского и российского зерна.