От зависимости к собственному производству: зачем Украине собственные реактивные двигатели для ракет и дронов
Киев • УНН
Война создала спрос на тысячи двигателей для ракет и дронов. Fire Point испытывает собственный двигатель для Flamingo и планирует серийный выпуск.
После полномасштабного вторжения россии Украина столкнулась с необходимостью массового производства собственных ракетных двигателей для новых типов вооружения — крылатых ракет, реактивных беспилотников и дронов-перехватчиков. Несмотря на то, что украинская школа двигателестроения была одной из самых мощных в регионе, до нападения российских террористических войск у государства не было рынка, который нуждался бы в тысячах ракетных двигателей. Война радикально изменила спрос, а зависимость от импортных установок превратилась из экономического вопроса в стратегический риск. УНН разбирался, как Украина пытается закрыть этот пробел.
Детали
Столкнувшись с террором массированных ракетных ударов по украинским городам, власти поняли, что единственное, что воспринимает кремль, — это сила. Для того чтобы дать достойный отпор врагу, Украине необходимо было нарастить производство собственного дальнобойного оружия — ракет и ударных БПЛА. Однако производители столкнулись с проблемой отсутствия возможности массового производства турбореактивных двигателей и зависимостью от импорта.
Как Украина оказалась без массового производства турбореактивных двигателей
На первый взгляд ситуация парадоксальна. Украина унаследовала от Советского Союза мощную авиационную промышленность, инженерные школы и предприятия, которые десятилетиями занимались двигателестроением. Среди них — известные "Мотор Сич" и "Ивченко-Прогресс".
То есть проблема заключалась не в том, что в государстве не знали, как построить реактивные двигатели. Речь шла об отсутствии налаженного массового производства двигателей именно для того оружия, которое сегодня необходимо для новой войны, — ракет, реактивных БПЛА и перехватчиков.
Старший аналитик Украинского центра безопасности и сотрудничества Антон Земляной среди ключевых причин называет сложность самого производства, финансирование, достаточную ресурсную базу, хотя она и сохранилась со времен Советского Союза, а также возможность масштабировать технологию.
По его словам, наличие компетенций еще не означает возможности быстро организовать массовое производство. Для этого нужны оборудование, материалы, поставщики, специалисты, финансирование и защищенные производственные площадки.
Здесь необходимо учитывать еще один важнейший фактор — войну. Крупные специализированные предприятия являются потенциальными целями для российских ударов, а часть исторически сформированной базы украинского двигателестроения расположена в находящемся вблизи фронта Запорожье.
Поэтому для Украины я бы выделил три основные проблемы — это производственные мощности, которые в условиях войны могут быть поражены, недостаточная ресурсная база и дефицит необходимых материалов и компонентов
Не было такого спроса на ракеты
Есть и другая причина, почему массовое производство реактивных двигателей необходимых сегодня классов не было запущено раньше. Как объясняют эксперты, до полномасштабной войны в Украине просто не существовало соответствующего рынка.
Глава Антикоррупционного совета при Министерстве обороны Украины Юрий Гудыменко обращает внимание на экономическую составляющую. По его словам, инвестировать большие средства в создание серийного производства целесообразно, когда существует прогнозируемый спрос на большое количество изделий.
У нас свободный рынок, и до полномасштабной войны в Украине просто не было достаточного спроса на реактивные двигатели в таких количествах. Объективно, зачем они были нужны? У нас нет собственного Boeing или другого крупного авиационного производства, где требовались бы тысячи таких двигателей. Спрос покрывался закупками из Чехии, Китая, а до 2014 года — еще и из россии. Этого было достаточно для того рынка, который существовал
Полномасштабная война полностью изменила эту экономику. Теперь Украине нужны не десятки и даже не сотни, а тысячи двигателей для различных типов вооружения. Именно масштаб нового спроса делает инвестиции в собственное производство экономически оправданными.
По оценке Гудименко, если начинать производство полностью с нуля, без документации, специалистов, оборудования и финансирования, создание промышленной базы может занять около пяти лет. Но Украина начинает не с нуля: наличие инженеров, технологической документации, производственных компетенций, инвестиций и гарантированных заказов может существенно сократить этот процесс, убеждён он.
В настоящее время компании, производящие deep strike, работают над собственными разработками, чтобы закрыть эту потребность. Одним из таких проектов стал собственный турбореактивный двигатель, который разрабатывает украинская компания Fire Point. В перспективе он может использоваться на крылатых ракетах FP-5 Flamingo. Компания уже создала двигатель, готовит масштабирование производства и проводит испытания первых образцов.
Собственный двигатель для «Фламинго»
Как рассказывала CEO Fire Point Ирина Терех, работа над турбореактивным двигателем велась совместно с конструкторским бюро, которое когда-то разработало авиационный двигатель АИ-25. Модификация АИ-25ТЛ использовалась на первых версиях Flamingo.
Сама ракета с самого начала создавалась как платформа, способная работать с различными силовыми установками. По словам Терех, во время испытаний использовали уже пять различных типов двигателей.
Разработка собственного двигателя длилась более шести месяцев. Сейчас Fire Point готовит его производство и тестирует первые образцы. Компания планирует завершить испытания и необходимые доработки до конца 2026 года, после чего перейти к серийному производству.
Мы движемся к этому, двигатель уже создан. Сейчас идёт подготовка производства, тестирование первых образцов. Применений ещё не было, однако есть определённые планы и порядок действий. На самом деле сделать двигатель для такой ракеты гораздо сложнее, чем сделать саму ракету. Это очень высокотехнологичное, сложное производство, в котором задействовано очень много «смежников». Но независимость Украины в сфере турбореактивных двигателей, особенно такого размера и такого класса, — это очень важная стратегическая возможность не только для компании, но и для страны
По её словам, над различными направлениями в этой отрасли сейчас работает ряд украинских производителей, а Fire Point концентрируется на двигателях для крупных и средних средств поражения.
Создать двигатель — это половина дела
Эксперты подчёркивают, что главный вызов заключается даже не в том, чтобы разработать работоспособный двигатель, а в том, чтобы научиться стабильно производить их тысячами, то есть наладить конвейерное производство.
Проблема заключается не только в том, чтобы создать один работоспособный двигатель. Значительно сложнее перейти к его серийному производству в количествах, необходимых для войны. Для этого нужны стабильное финансирование, материалы, оборудование, кадры, технологические цепочки и защищённые производственные мощности
Особенно хорошо масштаб потребности виден на примере дронов-перехватчиков, которым нужны небольшие турбореактивные двигатели.
По словам военного эксперта Константина Криволапа, если необходимо перехватывать около трёх тысяч российских беспилотников в месяц, количество самих перехватчиков должно быть значительно больше.
Поэтому вопрос здесь не только в том, можем ли мы создать один хороший реактивный двигатель. Вопрос в том, можем ли мы стабильно производить тысячи таких двигателей ежемесячно. Именно переход от отдельных образцов к серийному производству сейчас является одним из главных вызовов
Зачем нужны реактивные двигатели, если у Украины есть дальнобойные БПЛА
Украинские дальнобойные беспилотники с поршневыми двигателями уже способны поражать объекты на значительном расстоянии. Однако война постоянно требует технологических прорывов. Ведь вместе с развитием ударных систем развиваются и средства их перехвата.
Именно поэтому реактивная тяга стала следующим важным направлением. Значительно большая скорость сокращает время реакции ПВО и усложняет перехват цели.
В то же время стоит понимать, что реактивный беспилотник может быть дороже обычного.
У нас фактически есть две цифры: сколько денег потрачено на изделия, которые мы запускаем, и какая их часть действительно долетела до цели. Реактивный дрон, скорее всего, будет дороже обычного. Но если благодаря большей скорости он будет иметь значительно более высокую вероятность прорвать российскую ПВО, экономика такого применения может оказаться более выгодной
В то же время сложность перехвата целей с реактивными двигателями повышает стоимость их перехвата, а следовательно, создает дополнительную нагрузку на вражескую экономику.
Собственный двигатель как страховка от внешней зависимости
Не менее важен технологический суверенитет. Украина может самостоятельно создать ракету или беспилотник, но если его критически важный компонент можно только импортировать, возможности масштабирования зависят от внешнего поставщика.
Риски здесь очевидны: ограниченные производственные мощности поставщика, политические решения правительств стран-производителей, экспортные ограничения, конкуренция за продукцию, логистические проблемы или банальная нехватка необходимого количества двигателей.
Враг также зависит от импортных комплектующих. Однако, по словам Ирины Терех, доступ России к китайским турбореактивным двигателям в настоящее время создает для нее преимущество в развитии реактивных средств.
В то же время, по мнению экспертов, полная независимость не обязательно означает локализацию абсолютно всего производственного цикла внутри Украины.
Напротив, из-за угрозы российских ударов часть производства целесообразно размещать в странах-партнерах. По словам Земляного, оптимальной может быть модель, при которой Украина сохраняет ключевые технологии, инженерные компетенции и контроль над продуктом, но, например, использует ресурсную и промышленную базу европейских партнеров.
Именно такая модель сочетания украинских технологий и инженерных компетенций с производственными возможностями европейских партнеров сейчас может быть наиболее практичным путем для наращивания производства
Что собственные реактивные двигатели будут означать для Украины
Серийное производство собственных реактивных двигателей позволит Украине одновременно развивать дальнобойные крылатые ракеты, скоростные ударные БПЛА, ракетодроны и реактивные перехватчики.
Кроме того, производитель получит контроль над модернизацией. Если все компоненты оружия производятся внутри одной технологической экосистемы, изменение его характеристик не будет зависеть от возможностей стороннего поставщика или чьей-либо политической воли.
Однако успех двигателестроения будет зависеть не только от создания производителем эффективного турбореактивного двигателя для ракет или дронов, но и от наличия стабильных долгосрочных заказов, которые позволят прогнозировать финансирование и масштабировать производство.
Если этот переход от прототипов к конвейеру состоится, Украина сможет закрыть один из наиболее критических пробелов в собственном производстве ракетного и беспилотного вооружения. И тогда вопрос будет уже не в том, способна ли страна создать собственный реактивный двигатель, а в том, сколько таких двигателей украинская оборонная промышленность способна выпускать ежемесячно.