Уклонялся от ответов и давал заведомо ложные показания: обвинение против свидетеля по делу детектива НАБУ Магамедрасулова направлено в суд

Прокуроры Офиса Генерального прокурора направили в суд обвинительный акт в отношении свидетеля по уголовному производству по факту пособничества детективу Национального антикоррупционного бюро Украины Руслану Магамедрасулову, которому инкриминируют совершение действий в пользу рф и злоупотребление влиянием. В ходе допроса у следователя и на заседании Печерского районного суда Киева свидетель сознательно сообщал ложные данные относительно содержания своего разговора с подозреваемым.

Об этом сообщает пресс-служба Офиса Генпрокурора, передает УНН.

В ходе производства правоохранители подтвердили ложность показаний свидетеля по результатам ряда экспертиз и анализа открытых источников. В частности, специалисты проанализировали подлинность и содержание аудиозаписей разговоров. Всего было проведено семь судебных экспертиз (лингвистические, фоноскопические и криминалистические) в четырех независимых государственных экспертных учреждениях.

Так, лингвистические экспертизы подтвердили, что подозреваемый детектив НАБУ выражал намерение сотрудничать с представителями РФ. Речь идет о поиске покупателей и готовности реализовать семена технических конопли, принадлежавшие его семье, лицам, связанным с государственной программой поддержки Республики Дагестан. Подтверждено, что голос на записях принадлежит именно подозреваемому детективу НАБУ, который и высказывал соответствующие предложения. Сторона защиты заявляла, что речь шла о якобы обсуждении Узбекистана, а не Дагестана. В свою очередь, правоохранители с участием представителей Министерства аграрной политики Украины проанализировали нормативную базу обеих стран и установили, что в Узбекистане государственных программ по поддержке выращивания технических (промышленных) конопли не существует. Это подтверждено постановлением президента Узбекистана от 05.04.2023 №ПП-113. Зато такая государственная программа имеется именно в Дагестане (постановление правительства РФ №1932 от 26.11.2020 и постановление правительства Республики Дагестан №25 от 19.02.2024).

В Офисе генпрокурора отмечают, что результаты экспертных заключений и анализ открытых источников свидетельствуют о том, что аргументы свидетеля и стороны защиты являются недостоверными. Кроме того, судебная психологическая экспертиза установила, что во время допроса свидетель уклонялся от прямых ответов, давал противоречивые показания, пытался избегать раскрытия деталей событий, имел признаки ориентировочно-установочного коммуникативного поведения. Хотя был неоднократно предупрежден об ответственности за ложные показания и находился под присягой.

Своими действиями, как объясняют правоохранители, свидетель со своей защитой пытался создать представление об отсутствии вины подозреваемого детектива НАБУ. Кроме того, свидетелем подтверждены длительные личные контакты между ним и подозреваемым Русланом Магамедрасуловым, что может объяснять мотивы искажения фактов.

Действия свидетеля квалифицированы по ч. 1 ст. 384 УКУ. Санкция статьи предусматривает наказание в виде исправительных работ до двух лет, ареста до шести месяцев или ограничения свободы до двух лет.

Напомним

21 июля Офис Генерального прокурора совместно с СБУ задержали руководителя одного из территориальных управлений детективов НАБУ Руслана Магамедрасулова. Его подозревают в пособничестве РФ.

На следующий день Печерский районный суд Киева отправил Руслана Магамедрасулова под стражу.

СБУ заявила, что информация о якобы политических мотивах задержания сотрудника НАБУ Руслана Магамедрасулова не соответствует действительности. Также в службе утверждают, что все слухи о том, что якобы Руслан Магамедрасулов занимался документированием одного из известных украинских бизнесменов, не соответствуют действительности.

23 сентября Киевский апелляционный суд оставил без изменений меру пресечения в виде содержания под стражей для детектива НАБУ Руслана Магамедрасулова. Защита подозреваемого просила отменить решение Печерского районного суда и избрать более мягкую меру пресечения.