"Сын не выходит из подвала уже 3 месяца": история харьковской семьи, всю войну живущую в подвале общежития

Ольга Кратка – комендант местного студенческого общежития. С начала полномасштабной войны ее семья живет в подвале заведения. Ольга поднимается наверх, чтобы раздобыть еду для семьи, а вот ее сын уже 3 месяца не видел дневного света – боится выйти наружу даже в период отсутствия обстрелов.

– Как вы встретили войну и как оказались в таком затруднительном положении?

Я работаю комендантом в общежитии одного из университетов Харькова, там же и проживаю. Живем в комнате от общежития с мужем и 15-летним сыном. Когда уже началось полномасштабное вторжение, студенты в общежитии еще проживали, но после 24 февраля осталось около 80 человек. Когда в здании не осталось ни одного целого окна – остальные студенты тоже уехали. В общежитии осталось только 4 семьи работников, из них 2 семьи с несовершеннолетними детьми. Мы были вынуждены обустроить подвал, поставить там кровати, да и живем с тех пор. С тех пор я работаю на этажах общежития, а спать спускаюсь в подвал - все потому, что у нас не было ни одной спокойной ночи с 24 февраля.

– Как давно вы вынуждены жить в подвале?

6 марта ситуация резко очень ухудшилась – нас бомбили «Градами», вот с этого дня мы и живем в подвале. Он стал родным уже за это время.

– Почему после начала полномасштабной войны вы приняли решение не уезжать из Харькова?

Я сама родом из Луганской области, которая сейчас так называемая «лнр», туда мне вернуться не получится. Если же далеко куда-то ехать, нужно много денег. Я, как работник бюджетного сектора, такой суммы просто нет.

– Как эту войну переживает ваш сын?

Он не выходит из подвала уже 3 месяца. Сын постоянно заперт в себе, мало разговаривает и не идет на контакт. Сын моей коллеги, мальчик 5-летний, еще мал, почти ничего не понимает, и мы ему говорим, что на улице просто гроза. Психологически, особенно маленькому, тяжело, конечно.

– Какие условия проживания в вашем подвале?

Не такие уж плохие, когда не стреляют – поднимаемся на первый этаж, там есть холодильник. Мы уже привыкли, и на случай непрерывных обстрелов у нас приготовлены вода, сухпайки и консервы, чтобы дети имели, что попить и поесть в любом случае.

– Где брали питание?

Мы несколько недель ели только «Мивину». Когда студенты приезжали забирать свои вещи, привозили нам продукты. Трудно выживали, одним словом.

– А дальше как вышли из ситуации?

Обратились в украинско-немецкий фонд за гуманитарной помощью.

– Как вы о нем узнали?

Случайно в интернете увидела объявление, нажала, просто попробовала. Сейчас очень много благотворительных фондов, в нашем районе почти никакой не работает, а тут откликнулись, еще и очень быстро и по-семейному к нам отнеслись.

Я написала в Viber, рассказала нашу ситуацию, спросила, есть ли возможность помочь продуктами, ситуация была очень тяжелая. Утром мне уже ответили, спросили, в чем мы нуждаемся конкретно. Уже на следующий день после разговора поступило сообщение с почты – посылка от фонда пришла. Я не смогла унести сразу – были сильные обстрелы, забрали уже через сутки, когда стало спокойнее. В свертке было много всего вкусного: и сладости всевозможные, разные консервы, макароны, рис, сахар, мука, гигиенические средства – все необходимое. Я очень благодарна фонду за такую ​​помощь, я поняла, что они действительно спасают.

Добавим

Украинско-немецкий гуманитарный фонд действует в Украине более 10 лет, его основал украинский правозащитник Артем Шамрай совместно с партнером из Германии Райнером Линдреном, что дает возможность фонду получать и передавать нуждающимся качественную гуманитарную помощь из Европы. У фонда есть сайт, где можно зарегистрироваться и присоединиться к команде с нуждающимся.

Также можно следить за видеоотчетами работы фонда и за постами полезных советов для вынужденных переселенцев на Facebook-странице фонда.