Я дерусь, потому что дерусь: почему украинский подход к санкциям требует изменений
Киев • УНН
Санкции как система стимулирования
Война – это не только противостояние армий на поле боя, это еще и соперничество экономик и финансовых систем. Следовательно, ослабление экономического потенциала врага является одной из ключевых задач для любой воюющей стороны, пишет УНН.
В этом вопросе международная экономическая изоляция россии с помощью санкций является критически важной для Украины. Присоединение к санкциям против рф как можно большего количества стран показывает солидарность мира в поддержке Украины в ее противостоянии российской агрессии.
Различные санкции против россии, как государственного образования, призваны ограничить доступ россии к мировым финансовым рынкам, возможности использования своих зарубежных активов, финансовые поступления в бюджет от экспорта, а также заблокировать поставки в рф комплектующих для производства оружия.
В то же время, персональные санкции против представителей политической и финансовой элиты рф, по замыслу, в первую очередь, должны были носить более имиджевый характер, чтобы, как минимум, представители этой самой элиты, отказавшись от поддержки агрессии рф, могли сохранить свои активы в европейских и американских банках, и беззаботно наслаждаться жизнью на Западе.
Группа Ермака-Макфола за почти два года своей деятельности провела просто титаническую работу по разработке рекомендаций для введения различных санкционных ограничений в отношении россии и ее граждан.
Что же касается санкций против рф, то никто и не надеялся на быстрый эффект. Но тот факт, что россия закупает оружие у своих немногочисленных союзников, а также тратит больше средств, чтобы завезти комплектующие для своего оружия через третьи страны, постепенно будет давать результат, так как бюджет у нее не резиновый.
Более интересна история с персональными санкциями, которые, как предполагалось, уже в краткосрочной перспективе должны были бы дать определенный экономический эффект для Украины. Вернее, не сами персональные санкции, а именно их не введение.
"Ко Дню X лицо может быть исключено из санкционного списка, если - в зависимости от Категории - он/она публично и достоверно осудит войну Путина и политику Кремля, приостановит уплату налогов правительству россии до момента завершения вторжения, обязуется пожертвовать значительную часть своего личного состояния в недавно созданный Фонд реконструкции Украины", - говорится в дорожной карте по индивидуальным санкциям группы Ермака-Макфола.
Обратим внимание на два момента: во-первых, согласно тому же документу, санкции являются не карательной, а принудительной мерой, во-вторых, есть четко озвученный механизм, предоставляющий возможности не только избежать попадания в санкционные списки, но и принести пользу Украине.
И вот здесь, собственно, возникает несколько вопросов: сколько из попавших под персональные санкции людей, реально могли финансово помочь Украине, имели ли они хоть какое-то влияние на российского самодура или отношение к российской агрессии, велась ли коммуникационная работа с этими людьми до введения санкций, и ведется ли сейчас?
Парадокс ситуации заключается в том, что, в принципе, тот достаточно гибкий механизм введения индивидуальных экономических ограничений, который, в теории, был призван создать систему стимулов, в принципе, превратился в систему репрессий.
Также не стоит забывать, что речь же не об украинских санкциях, а в первую очередь о санкциях ЕС и США, которые вводятся на основании украинских списков.
А на выходе уже имеем ситуацию, когда Евросоюз на днях снял санкции с соучредителя российской компании "Яндекс".