Рынок земли: местные бюджеты рискуют остаться без денег

“Государственная пропаганда создала слишком завышенные ожидания, за которыми последуют жестокие разочарования”, — говорит он.

Эксперт объясняет, что высокую ликвидность будут иметь только “жирные” черноземы центральной Украины, в то время как Житомирская, Сумская область и тем более Карпаты останутся не у дел.

Снимая мораторий, государство должно иметь просчеты мультипликационного эффекта для национальной экономики, продолжает он.

“Простая продажа земли — это „деньги здесь и сейчас“, которые не станут импульсом для принципиального обновления и роста экономики. Бывшие собственники земельных паев не понесут деньги, вырученные от продажи земли, в банк, чтобы те превратились в инвестиционный ресурс. В лучшем случае они приобретут недвижимость”, — говорит Мороз.

При этом серьезной проблемой станет вопрос поступления налогов в местные бюджеты. Ведь, если власть таки поставит ограничения на земельный банк в “одни руки” для украинских агропроизводителей, регионы останутся без прежних финансовых поступлений.

“Прежде всего, это налог на доходы физлиц (НДФЛ) — бюджетообразующий налог для местных бюджетов. Села и маленькие города рискуют снова остаться без финансовых ресурсов на социальную сферу, не говоря уже об инфраструктуре: дороги, благоустройство.

Для понимания: на макроэкономическом уровне НДФЛ — это примерно 11-12% в сводном бюджете Украины, в то время как доля налога на прибыль предприятий — ориентировочно всего лишь 9%”, — предупреждает эксперт.

Можно по-разному относится к агрохолдингам, но именно они стабильно поддерживали приток налогов в государственную казну, подчеркивает Мороз.

“По данным Государственной фискальной службы, в 2018 году украинские аграрии заплатили 47,4 млрд грн налогов (что на 4,3% больше, чем в 2017 году).

И кто бы как не относился к крупным агропроизводителям, но именно они принесли бюджету значительные доходы. И с цифрами спорить бессмысленно: десять агрохолдингов вошли в ТОП-200 крупнейших украинских налогоплательщиков, уплатив более 10,5 млрд грн бюджетам всех уровней в 2018 году.

Это следствие их прозрачности и публичности как перед государством, так и перед международными партнерами: кредиторами, инвесторами, потребителями, аудиторами. Акции основной массы крупнейших агропроизводителей котируются на международных биржевых площадках, среди их кредиторов — ведущие мировые и европейские финансовые институты.

Мировой финансовый рынок и инвесторы предъявляют требования к финансовой прозрачности компаний даже жестче, чем украинское законодательство. Репутация таких компаний в прямом смысле слова стоит миллионы долларов, и никто не станет рисковать ею ради „серых“ схем”, — поясняет Мороз.

Эксперт предостерегает власть от поспешных действий и предлагает свою формулу открытия рынка земли.

“Разрешая свободную продажу сельскохозяйственной земли, государству стоит пойти иным, более сложным, но стратегически верным путем.

Например, поддерживая производство продукции с высокой добавленной стоимостью, стимулируя привлечение инвестиций именно в такие отрасли, развивая и используя при этом возможности отечественных финансово-кредитных институтов.

Совершенствуя законодательство таким образом, чтобы наполнять бюджет за счет развития и повышения технологичности украинского бизнеса, а не бороться с отдельными его представителями в угоду популистским настроям общества, при этом подпиливая сук на котором сидит. Ведь введение рынка земли является стратегическим системным решением, которое в итоге должно дать значительный стимул украинской экономике на длительный период времени”, — резюмирует Мороз.