Украинские авиакомпании, в отношении которых Бюро экономической безопасности открыло уголовные производства из-за операций по лизингу воздушных судов у нерезидентов, ранее уже проходили проверки Государственной налоговой службы, по результатам которых нарушений по этим операциям не было установлено. Именно поэтому уголовные дела БЭБ вызывают вопросы относительно их правовых оснований и могут свидетельствовать об использовании уголовного процесса как инструмента давления на бизнес. Такое мнение высказали опрошенные УНН юристы.
Уголовные дела против авиаперевозчиков
Бюро экономической безопасности открыло ряд уголовных производств против авиакомпаний. Следователи считают, что как минимум 5 авиакомпаний, в частности МАУ, «Авиакомпания Константа», «Урга», Н3Operations и «Скайлайн», должны были уплатить в украинский бюджет дополнительные 15% налога с доходов нерезидентов по договорам лизинга самолетов и вертолетов. Для этого лизинговые платежи в БЭБ приравнивают к роялти, а воздушные суда трактуют не как транспортные средства, а как «оборудование».
Такой подход следователи начали применять после 2024 года, когда предыдущая команда Государственной налоговой службы опубликовала статью, в которой предложила облагать налогом лизинговые операции с транспортом у нерезидентов Украины как роялти.
В этой публикации ГНС отмечает, что с 2017 по 2023 годы компании выплатили в пользу нерезидентов 13,1 млн грн доходов в виде лизинга и при этом не уплатили 15% роялти в Украине. После этого БЭБ начало получать аналитические заключения представителей ГНС, которые, по словам представителей авиаотрасли, стали основанием для открытия уголовных производств.
На основе этих документов правоохранители считают аренду самолетов и вертолетов пользованием оборудованием. Кроме того, следователи игнорируют существующие международные конвенции об избежании двойного налогообложения. Ратифицированные украинским парламентом договоры с иностранными государствами имеют приоритет над национальным законодательством. Именно эти конвенции определяют, в каком государстве и по какой ставке может облагаться налогом соответствующий доход нерезидента. Поэтому автоматическое доначисление 15% в Украине без учета положений конкретной конвенции является как минимум спорным.
Стоит отметить, что украинское налоговое законодательство в части налогообложения лизинга не менялось десятилетиями. К тому же, по данным ГНС, авиакомпании прошли налоговые проверки, и только по результатам одной из них было установлено нарушение по налогообложению лизинга. Остальные налоговые проверки таких нарушений не выявили.
«По результатам одной проверки по компаниям авиационной отрасли были переквалифицированы лизинговые платежи в роялти. Только одной проверки», – отметила заместитель директора департамента трансфертного ценообразования Государственной налоговой службы Украины Виктория Касьян.
Однако отсутствие нарушений не помешало БЭБ открыть уголовные производства сразу в отношении как минимум пяти авиакомпаний. Таким образом перевозчиков хотят заставить уплатить дополнительные 15% роялти за последние 7 лет, то есть задним числом.
БЭБ ставит под сомнение результаты проверок ГНС
Партнер юридической компании «Болинский и команда» Людмила Усатюк отмечает, прежде чем говорить о возможном уголовном правонарушении, необходимо ответить на главный вопрос: что именно изменилось после того, как эти же операции уже были проверены налоговой.
«Если контролирующий орган (ГНС – ред.) исследовал соответствующие операции и не установил нарушений, то, фактически, БЭБ ставит под сомнение выводы специально уполномоченного государственного органа, который наделен законом полномочиями осуществлять налоговый контроль», – пояснила юрист в комментарии УНН.
По ее словам, само по себе право БЭБ открывать уголовные производства не означает, что такое решение может основываться исключительно на новом толковании операций по лизингу при том, что законодательство в этой части не менялось, а сами операции исследовались в рамках налоговых проверок.
"Безусловно, БЭБ имеет право открывать уголовные производства. Однако такое право не является абсолютным. Оно должно основываться на новых доказательствах или новых фактических обстоятельствах, которые не были предметом исследования во время налоговых проверок. Если же меняется только правовая оценка тех же хозяйственных операций при неизменности законодательства, возникает закономерный вопрос: что именно стало основанием для такого пересмотра через семь лет?" – пояснила Усатюк.
Она подчеркивает, что следователи Бюро экономической безопасности не должны подменять собой систему налогового контроля.
"Правоохранительная деятельность не должна подменять собой налоговый контроль. Если государство через компетентный контролирующий орган уже провело проверку и не выявило нарушений, то дальнейший пересмотр такой оценки возможен только при наличии новых, объективных обстоятельств. В противном случае речь идет не об установлении новых фактов, а об изменении подхода к применению тех же норм права, что само по себе не может автоматически свидетельствовать о совершении уголовного преступления", – подчеркнула юристка.
Отдельно Усатюк обратила внимание на принцип правовой определенности, который является одним из базовых элементов верховенства права. По мнению юристки, важно, чтобы у бизнеса была возможность рассчитывать на последовательность государственной политики и предсказуемость правоприменения.
"Если предприятия действовали в соответствии с действующим законодательством, выполняли свои налоговые обязательства, проходили документальные проверки без каких-либо замечаний, а через семь лет получают уголовно-правовую оценку тех же операций без изменения законодательства, это ставит под сомнение стабильность правового регулирования и уровень правовой определенности для всех участников хозяйственных отношений", – подчеркнула Усатюк.
Подход БЭБ противоречит фундаментальным принципам права
Подобной позиции придерживается основатель юридической компании "Касьяненко и партнеры" Дмитрий Касьяненко. Он отмечает, что авиакомпании не скрывали лизинговые операции, а наоборот – декларировали их.
"На мой взгляд, позиция авиакомпаний является достаточно сильной, поскольку они открыто декларировали лизинговые операции, предоставляли договоры и документы во время комплексных проверок ГНС, по результатам которых нарушений не установлено. БЭБ не может игнорировать эти обстоятельства и превращать сложный налоговый спор по толкованию международных конвенций в уголовное преследование", – отметил адвокат в комментарии УНН.
По его словам, для привлечения к ответственности за уклонение от уплаты налогов недостаточно лишь изменить трактовку налогообложения операций по лизингу воздушных судов.
"Для ответственности за уклонение от уплаты налогов недостаточно лишь иного взгляда на природу платежей – необходимо доказать конкретный умысел должностных лиц, сокрытие операций и фактическое непоступление средств в бюджет", – пояснил Касьяненко.
Юрист также подчеркнул, что применение нового подхода к уже проверенным операциям через много лет противоречит фундаментальным принципам права.
"Если законодательство в течение семи лет не менялось, а государство ранее не предъявляло претензий, применение нового фискального толкования задним числом выглядит как попытка возложить на бизнес ответственность за изменение позиции самого государственного органа, что противоречит принципам правовой определенности, презумпции правомерности действий налогоплательщика и недопустимости использования уголовного производства как средства давления", – указал Касьяненко.
Если практика уголовного преследования из-за нового толкования уже проверенных операций станет нормой, под угрозой окажется не только отдельный бизнес, но и способность Украины сохранить собственную гражданскую авиацию до момента открытия воздушного пространства.