Распространение утверждений о том, что российская противовоздушная оборона якобы сбивает 10 из 11 украинских ракет Flamingo, может быть частью российской информационной кампании, направленной на дискредитацию украинского вооружения. Такое мнение в эксклюзивном комментарии УНН высказал эксперт по оборонной промышленности, руководитель компании-производителя вооружения Анатолий Храпчинский.
Вражеская ИПСО
В России регулярно заявляют об уничтожении украинских дальнобойных дронов и ракет, рисуя при этом заоблачные цифры. Например, министерство обороны РФ в июле отчиталось об уничтожении 20 ракет FP-5 Flamingo, а за первую половину августа российская ПВО якобы уничтожила 25 таких ракет. Всего, по данным ведомства страны-агрессора, с июня якобы было сбито не менее 57 ракет этого типа. Нарратив о том, что Flamingo якобы не долетают до целей, периодически подхватывают украинские активисты, а недавно к их числу присоединился и американский военный журналист.
Его заявление о том, что россияне сбивают 10 из 11 Flamingo, подхватили некоторые СМИ, несмотря на то что сам журналист пишет о неточности своих подсчетов, поскольку может пользоваться только открытыми данными.
Учитывая, что Силы обороны Украины не раскрывают количество вооружения, задействованного в ударах по территории России, и регулярно сообщают лишь о конкретных пораженных объектах, очевидно, журналист пользовался сообщениями минобороны РФ в пропагандистских российских СМИ.
Эксперт по оборонной промышленности, руководитель компании — производителя вооружения Анатолий Храпчинский в комментарии УНН объясняет, что сейчас нет оснований для выводов о том, что россияне способны сбивать большинство ракет Flamingo.
"Российская система ПВО разрабатывалась под угрозы прошлого поколения и недостаточно приспособлена к современным вызовам, из-за чего пропускает значительную часть целей. Поэтому я бы воздержался от категорических заявлений по поводу ее высокой эффективности", – отметил он.
По словам эксперта, подобные сообщения в СМИ могут быть частью российской информационно-психологической операции (ИПСО).
"Давайте вспомним доктрину Герасимова, которая предусматривает одну из функций — именно информационное давление", – напомнил Храпчинский.
Термин "доктрина Герасимова" возник после публикации в 2013 году статьи начальника генерального штаба ВС РФ Валерия Герасимова, в которой он указывал, в частности, на возрастание роли информационных, политических и экономических средств в войне.
Следует отметить, что Россия системно использует информационные операции и дезинформацию как один из инструментов ведения войны против Украины. Поэтому распространение сообщений о якобы почти полной неэффективности украинских ракет может быть направлено на формирование нужного России информационного фона, в частности для дискредитации украинских оборонных технологий.
Россия в огне
В то же время утверждения о почти стопроцентной эффективности российской ПВО не согласуются с многочисленными успешными ударами по объектам на территории России. В частности, ракеты Flamingo неоднократно использовались для ударов по ряду военных и промышленных целей.
Например, 10 июня было поражено предприятие "ВНИИР-Прогресс" в Чебоксарах, которое производит модули для дронов-камикадзе. Использование Flamingo тогда подтвердил Генштаб ВСУ.
Позже, 27 июня, украинские силы атаковали ракетами FP-5 предприятие ВПК "Титан-Баррикады" в Волгограде. Там производили пусковые установки комплексов "Ярс", "Тополь-М" и "Сармат".
24 июля Украина нанесла удар по предприятию "Авиатек" в российском Кирове, которое входит в российский авиационно-оборонный комплекс. Главный конструктор Fire Point Денис Штилерман подтвердил, что поражение было осуществлено с помощью ракет Flamingo.
В ночь на 15 августа 2026 года с помощью FP-5 был поражён ракетно-космический центр "Прогресс" и авиазавод "Авиакор". Центр разрабатывал и производил ракеты-носители среднего класса, в частности семейства "Союз-2", а также космические аппараты для дистанционного зондирования Земли и научных программ.
Следует также учитывать, что это далеко не все случаи успешного применения украинского вооружения по российским объектам. Однако уже сам факт регулярных сообщений о поражении стратегических объектов свидетельствует о том, что российская система противовоздушной обороны не обеспечивает абсолютного перехвата украинских "дальнобойных санкций". Именно поэтому категоричные заявления о "10 из 11 сбитых ракет" следует рассматривать прежде всего как элемент информационного воздействия, а не как доказанный факт.