Накануне очередного судебного заседания по делу о смерти бизнесмена Аднана Кивана обвиняемый врач Виталий Русаков активизировал публичную деятельность – он опубликовал видео на YouTube и призвал всех неравнодушных приходить в суд, чтобы поддержать его. Риторика врача вызывает вопросы относительно соблюдения им медицинской тайны и этики. Почему слова Русакова больше похожи на попытки манипуляций и субъективную интерпретацию фактов – разбирался УНН.
Уже завтра, 3 апреля, в Приморском районном суде Одессы под председательством судьи Ларисы Переверзевой должно состояться очередное заседание по делу о медицинской халатности, которая могла повлечь смерть бизнесмена Аднана Кивана. Накануне рассмотрения врач Виталий Русаков, являющийся обвиняемым по делу, активизировал публичную коммуникацию вокруг процесса. В частности, на своей странице в Facebook он призвал "всех неравнодушных" прийти в суд и поддержать его. Параллельно врач опубликовал влог на YouTube.
Редакция УНН проанализировала видео Русакова, которое он представляет как объяснение своей позиции. Как оказалось, некоторые утверждения выглядят довольно противоречиво.
"Не лечил", но "оперировал": противоречия в заявлениях Русакова
В частности, в видео скандальный врач Русаков отмечает, что якобы "не был лечащим врачом Аднана Кивана" во время его последней госпитализации. В то же время в этом же видео он признает, что "локально решал хирургические вопросы". Фактически речь идет о попытке дистанцироваться от ответственности, несмотря на очевидную причастность к лечению пациента Аднана Кивана. Такая противоречивость в собственных же словах выглядит как манипуляция: с одной стороны – отрицание собственной роли в лечении пациента, с другой – подтверждение участия в лечебном процессе.
Нарушение врачебной тайны
Отдельный вопрос вызывает то, что Русаков публично озвучивает детали состояния пациента Аднана Кивана перед его смертью: ход лечения, количество курсов химиотерапии и другие медицинские аспекты. Подобные заявления вызывают серьезные вопросы относительно соблюдения им врачебной тайны – одного из базовых принципов медицинской профессии.
Согласно Этическому кодексу врача Украины, информация о состоянии здоровья пациента, методах лечения и медицинских вмешательствах относится к конфиденциальной и не подлежит разглашению без согласия пациента или его семьи. В этом случае речь идет об обнародовании деталей лечения человека, который уже умер, что лишь усиливает чувствительность темы.
Более того, использование таких данных в публичной коммуникации, еще и в контексте судебного процесса, может выглядеть как попытка оправдать собственную позицию за счет раскрытия частной информации. Это ставит под сомнение не только соблюдение профессиональных стандартов, но и этические границы поведения в условиях публичного конфликта.
Критика суда и попытки дискредитировать формат процесса
Еще один блок заявлений Русакова касается формата судебного процесса. В своем влоге он утверждает, что сторона обвинения якобы стремится "закрыть суд от общества". Впрочем, как ранее сообщал УНН, суд принял решение о частично открытом рассмотрении дела – с ограничением трансляции во время оглашения персональных данных и медицинской информации пациента.
Такой формат прямо соответствует нормам уголовного процессуального законодательства, которое предусматривает защиту врачебной тайны и частной информации. В частности, в делах, содержащих чувствительные медицинские данные, суд имеет право ограничивать открытость заседания. Несмотря на это, в своих публичных заявлениях Русаков подает ситуацию как попытку "скрыть правду", что выглядит как искажение фактических обстоятельств и упрощенное трактование процессуальных норм.
В этом же контексте врач также обвиняет суд в "странных решениях", в частности относительно отстранения его от должности врача. Однако, на самом деле речь идет о продлении уже действующей меры пресечения, а не о новых решениях, что снова ставит под сомнение корректность подачи информации в блогах Русакова.
Такая риторика выглядит довольно упрощенной и инфантильной: решения, которые выгодны скандальному врачу, подаются как справедливые, а те, что ему не нравятся – неправильные. Подобный подход сводит сложный судебный процесс к черно-белому восприятию: "за" или "против".
Критика медиа и выборочная логика
Ну и, конечно же, в своем видео Русаков критикует не только сторону обвинения, суд и сам процесс, но и медиа, которые освещают резонансное дело. Он приводит примеры публикаций различных изданий, пытаясь поставить под сомнение как их достоверность, так и сам факт обнародования информации. В то же время его аргументация выглядит непоследовательной: с одной стороны – обвинения в распространении "недостоверных данных", с другой – упреки в разглашении информации, которая, по его же словам, является правдивой.
Кроме того, в своем влоге Русаков упоминает и УНН, отмечая, что материалы издания публикуются на русском языке. Впрочем, он обходит очевидный факт: УНН, как и большинство украинских онлайн-медиа, предоставляет читателям возможность выбирать язык: украинский, английский или русский. То есть именно пользователь определяет, на каком языке просматривать материал. Таким образом, критика УНН Русаковым выглядит по меньшей мере выборочной: он сам выбирает русскоязычную версию нашего сайта, после чего использует этот факт как основание для упреков в наш адрес.
От врача до блогера
Также в видео Русаков неоднократно апеллирует к более широким последствиям дела о возможной медицинской халатности. В частности, он утверждает, что в случае, если его признают виновным, украинские врачи якобы начнут отказываться от лечения сложных пациентов, особенно тех, где существует риск летальных осложнений. По его логике, это может привести к тому, что помощь таким больным станет фактически недоступной.
Таким образом, врач связывает дело о медицинской халатности и свою персональную ответственность с будущим всей медицинской системы Украины. Подобная аргументация смещает акцент с конкретных обстоятельств производства на обобщенные и гипотетические сценарии, что является типичным приемом манипуляции.
Ну и, наконец, видео завершается призывом подписываться на YouTube-канал скандального врача. Такой финал выглядит более чем показательно: вместо сдержанной позиции участника судебного процесса Русаков фактически продвигает собственную медийную площадку.
Складывается впечатление, что параллельно с судом врач выстраивает для себя новую роль – публичного комментатора и блогера. И делает это, используя резонансное дело о смерти своего пациента Аднана Кивана, как информационный повод для привлечения внимания.
В этой риторике все меньше остается от врача и все больше – от человека, который стремится к аудитории, охватам и узнаваемости. И вопрос здесь уже не только в суде, но и в том, насколько этично хайповать на теме смерти своего пациента.
Напомним
Стремление к популярности и публичности у скандального врача Виталия Русакова прослеживалось и раньше. В частности, как сообщал УНН, клиника Odrex системно использует врача в собственных PR-публикациях, не оставляя попыток сформировать ему образ "врача-спасителя", а не обвиняемого за возможную медицинскую халатность.
В рекламных видео Русаков главный герой – он получает все внимание и наибольшее количество "эфирного времени", тогда как контекст его уголовного производства игнорируется и сознательно замалчивается Odrex.