“Главное, во что я верил и почему я шел на эту должность. Просто я считал, что кто-то из стороны должен уничтожить централизованный под одного человека карательный репрессивный механизм ВЧК НКВД, который назывался ГПУ. Уверен, что сейчас смогу доложить людям о том, что такого карательного постсоветского монстра больше нет”, — сказал он.
Он отметил, что сейчас 90% всех вакансий в ведомстве занимают люди, которые никогда не работали в прокуратуре. По словам генпрокурора, в его ведомстве созданы органы самоуправления.
“Теперь ни Генпрокурор, ни кто-либо другой из руководства прокуратуры не может ни назначить, ни снять прокурора, а значит, не может сказать:” Посади вот этого или забери у этого бизнес, иначе я тебя сниму". Это условие демонтажа советской карательной тоталитарной системы", — подчеркнул он.
Как сообщал УНН, ГПУ и полиция провели широкомасштабную операцию в 7 городах страны.